Отто Эмиль Биркели «Культ Отцов» (1943)

Вальхалла, чьё название имеет множество толкований, является плодом времён воинов. В одном месте говорится, что Вальхалла предназначалась только для королей, князей и вождей, т.е. была пристанищем знати. Позже, судя по всему, туда стали принимать всех доблестных героев войны.

Именно сказители в исторические времена воспевали Вальхаллу, утешая себя и других тем, какой приём герои встречали у верховного бога. В остальном образ Вальхаллы весьма домашний: валькирии работают там в качестве прислуживающих дев, да и эйнхерии¹ тоже вынуждены помогать. Перед завтраком на дворе проходят игрища с оружием, в которых сражаются и убивают друг друга. Но павшие вновь возрождаются, и вместе целыми и невредимыми садятся за стол. Избранных членов божественного сообщества называют «эйнхериями» - теми, кто сражается в одиночку, то есть, по всей видимости, отважными и непревзойдёнными воинами. Повара, огромные котлы, пиво, медовуха, коза на крыше², щиплющая листву с древа, чаши для питья в чертоге, толпы людей и так далее - именно так рисуется эта картина. Сам Один ведёт себя как добрый хозяин дома и грезит о прибытии новых героев.

«Что то за сон, - Один сказал, -
что задумал я спозаранку
Вальхаллу прибрать
для убитого люда:
разбудил я эйнхериев,
велел я вставать,
покрыть лавки соломой,
чаши вымыть, валькириям
вино принести,
когда явится князь,
что мною из мира
людей ожидаем:
тот благородный,
что мне радует сердце»³.

В «Речах Вороны»⁴ Рагнару Лодброку⁵ вложены в уста следующие слова:

«...знать, что Бальдра отца⁶
залы убраны к пиру.
Выпьем мы вскоре эль
из гнутых черепа веток⁷.
Не станет жалеть о смерти
воин во стане Фьёльнира⁸
Не приду я со страха
словом к Видрира дому⁹.

...Жажду покончить с этим.
Ждут меня, домой кличут
дисы из зала Херьяна¹⁰,
девы, что посланы Одином.
Радостный, стану с асами
пить эль на скамье почётной.
Жизни стремленья ушли.
Я смеюсь, умирая»¹¹.

Чётче и яснее суть этих представлений не выразить. Но когда мы сталкиваемся с общим обстоятельством того, что пребывание богов и людей в загробном мире никогда не сливается воедино, и одновременно вспоминаем, что в повседневном непосредственном почитании Один был суровым и требовательным богом, то перед нами встаёт двойная загадка. Доказано, что в его святилище в Уппсале приносились в жертву люди¹². К этому добавляется и то, что, хотя Одина и помещают в Асгард (обитель асов), а эта обитель богов находится на земной плоскости, другие признаки указывают на то, что Вальхалла была воздушным чертогом. Тем не менее, следующие выводы, основанные на заключениях, к которым к настоящему времени пришли духовные научно-исследовательские работы, могут дать вполне правдоподобное объяснение.

Изначально Один выполнял ту же задачу, что и дисы (валькирии): он был проводником душ (путеводителем) умерших. В те времена он также являлся повелителем ветров и по сути принадлежал ко временам трупосожжения. Из обычного проводника душ он позже превратился в предводителя павших воинов на поле битвы. И в завывании ветра люди слышали, как он проносится мимо вместе с сонмами мертвецов. Представление об Одине как о повелителе ветров и всаднике, скачущем во главе мёртвых, было чрезвычайно распространено. В конце концов он был повышен до уровня самого бога войны, и тогда он стал принимать павших воинов в своей собственной божественной обители, в то время как валькирии переняли его прежнее ремесло.

На севере, под влиянием христианского учения о небесах, представления о Вальхалле, должно быть, укоренились и получили подпитку в ходе ожесточённой и беспощадной борьбы, которую вели друг с другом отдельные люди и целые роды во времена викингов. Сама борьба и её плоды, которые при жизни часто бывали крайне сомнительны, вознаграждалась особой честью и славой, ожидавшей воина в загробном мире. Именно поэтому учение о Вальхалле развивалось преимущественно среди викингов. Однако то, насколько слабо Вальхалла в действительности была укоренена в сознании как обитель богов и рай для душ, показывает предание о Бальдре. Этот бог даже считается сыном Одина, он был выдающимся и любимым всеми. Но после смерти он не получает места в божественной обители, где, казалось бы, ему следовало бы находиться. Хель как обитель мёртвых была укоренена в умах людей гораздо сильнее, чем Вальхалла. Что касается их обустройства, то между ними нет большой разницы: дома и чертоги, ворота, изгороди, скот, зелёные луга, столы и скамьи, ковры на стенах, медовуха и пиво на столах - всё это было и у Хель. По этой причине Вальхалле как божественной обители, без сомнения, уделялось слишком много внимания по сравнению с её действительным местом и важностью.

Профессор Магнус Ольсен¹³ и ряд других исследователей склоняются к мнению, что римский Колизей с его гладиаторскими боями послужил прообразом той Вальхаллы, у которой 500 дверей, и через каждую дверь могут одновременно пройти 800 эйнхериев. Между самим названием «эйнхерии» (те, кто сражается в одиночку) и гладиаторами, которых называли «сингулярами» (одиночные, обособленные), также прослеживается связь.

Примечания переводчика:

¹ Эйнхерии (др.-сканд. Einherjar, «те, кто сражается в одиночку») - в скандинавских преданиях лучшие из воинов, павших в битве и не выпустивших из рук оружия, которые живут в Вальхалле. В Вальхалле эйнхерии постоянно упражняются и сражаются друг с другом. Питаются они мясом вепря и пьют пиво и медовуху, подносимую валькириями.

² Хейдрун (др.-исл. Heiðrún) - в германо-скандинавских преданиях коза, щиплющая листья мирового древа Иггдрасиль с крыши Вальхаллы. Её неиссякаемое медвяное молоко питает эйнхериев.

³ «Речи Эйрика» (др.-сканд. Eiríksmál, ~954 г.) - древнескандинавская хвалебная песнь и плач по умершему норвежскому вождю Эйрику Кровавая Секира (др.-сканд. Eiríkr blóðøx), сыну Харальда Прекрасноволосого. Строфа 1. Перевод: Н.В. Топчий.

⁴ «Речи Вороны» (др.-сканд. Krákumál) - песнь из 29 строф, представляющая собой обращение, помещённое в уста былинного датского викинга Рагнара Лодброка. Рагнар произносит его перед смертью в змеиной яме в плену у Эллы II, короля Нортумбрии. Вождь вспоминает свои подвиги и сражения, начиная с убийства гигантского змея и до самой гибели.

⁵ Рагнар Лодброк (др.-сканд. Ragnar Loðbrók, «Рагнар меховые штаны», IX век) - былинный датский вождь, представитель скандинавского рода Инглингов.

⁶ Отец Бальдра, Видрир, Фьёльнир = Один.

⁷ Гнутые ветки черепа = рога (питейные).

⁸ Сельбище/стан Фьёльнира, дом Видрира = Вальхалла.

⁹ Строфа 25 «Речей Вороны». Перевод: Н.В. Топчий.

¹⁰ Дисы из зала Херьяна (Одина) = валькирии.

¹¹ Строфа 29 «Речей Вороны». Перевод: Н.В. Топчий.

¹² Храм Уппсалы - языческий храм (святилище) и духовное место, расположенное в Швеции в Старой Уппсале (швед. Gamla Uppsala). Храм упоминается в трактате XI века «Деяния архиепископов Гамбургской церкви» Адама Бременского (в нём же описываются человеческие жертвоприношения) и в «Круге земном», написанном в XIII веке Снорри Стурлусоном. В 1087 г. вождь Инге I Старший спалил языческий храм в Старой Уппсале и уничтожил места поклонения языческим богам.

¹³ Магнус Бернхард Ольсен (норв. Magnus Bernhard Olsen, 28.11.1878-16.01.1963 гг.) - норвежский языковед, изучавший древнескандинавский язык. Область научных интересов Олсена была сосредоточена на изучении рун и древнескандинавских названиях местностей.